Эмиль Нольде «заметки на полях»

Эмиль Нольде

Картины могут быть столь красивыми. Что ничего не скажут глазам профана.

  …я люблю цветы с их судьбой: всходящие, цветущие, светящиеся, увядающие, наконец, выброшенные в яму. Человеческая судьба не всегда так логична и прекрасна, но тоже завершается в огне или в яме.

  Если я поднимаю звучание красок до насыщенных аккордов, временами начинает казаться, что форма исчезла; но нет – она всегда здесь, только уходит вглубь.

  Духовность опережает, действительность степенно и тяжеловесно следует за ней.

  Моя потребность в изображении душевного, человеческого, побудившая к  библейских картин – наверное от того, что так сильно прозвучало во время Тайной вечери, и от того экстаза, который заложен в содержании праздника Троицы. Я часто искал в истории, поэзии, драматургии и музыке и не находил ее. В своих фантазиях и вымысле я, можно  сказать приближался к ощущению любви матери или ребенка или чувства, соединяющего мужчину и женщину, но арфа на которой я играл, не издавала звучания, содержащегося в Тайной Вечери или Положения во гроб; в живописном смысле – возможно, в душевном – никогда!

  Есть нечто примечательное в пейзажной живописи, например в полотнах Рейсдаля, Тернера, Фридриха. Картины Тернера в черно-белом воспроизведении воздействуют как сон, как упоение, в оригинале же они розово-сладки как пудинг или варенье из малины. Картины Фридриха серьезней, тише, красивее. От наблюдения всех троих остается желание видеть сочно написанных зверей или человеческие фигуры, которыми можно было бы оживить пейзажи.

  Крушение нашей планеты будет ужасным. Пока она еще на подъеме.

  Если художник создал произведение и оно его удовлетворило, пусть заявит потом король, император или кто-нибудь, что оно – ничто, это не может поколебать мнение создателя.

творчетство Эмиля Нольде

  Я странствовал этой ночью в пейзаже, полном чудес и красоты. Как это здорово, что во сне можно встретить столь чудесные лица, которые потом не когда не увидишь и не сможешь изобразить. Как это странно!

  Часто я говорю: «Смотрите на мои картины, но не думайте, что в них я сам !» Я искренне хотел бы, чтобы на мои картины смотрели, но чтобы я при этом ощущался где то позади искусства.

  Наше понимание божественного можно сравнить с раздумьем мельчайшего атома о нас, людях.

  В состоянии сдержанном и естественном я ощущаю себя глубоко религиозным человеком, но свободным от догматов. Лютеранское, католическое, церковное – все это не божественные. А человеческие образования.

  Удивительно, что Тициан, Рубенс, Рембрандт могли писать обнаженные тела женщин столь прекрасными. Имей мы возможность видеть их же в действительности, мы содрогнулись бы от ощущения безобразного. Таково искусство. Оно остается великим не только в изображении актов, но и всей природы.

  Линии, краски, глухие, цветущие, их бездонное великолепие – это мое бытие, это мой прекрасный, мой трагический мир.

  Божественное остается не сфотографированным, наука очень сожалеет об этом.

  Живая фантазия живописца не может остаться безучастной рядом с превосходной пищей знания, как и голодный – удержаться от еды  при виде роскошного стола.


Цены на услуги художников и мастеров Ростовской студии живописи

Заходите в нашу группу вКонтакте http://vk.com/club63988806



Eoieou ea?oeiu ianeii

Главное меню

Копии знаменитых картин

Наши работы


Портреты на заказ Фреска