О картине Н. Дубовского «Притихло». Часть 1

Притихло

Настроение от природы мы, пожалуй, умеем передавать, скорее мы наделяем природу своими переживаниями; подходим к ней от субъективного, но такой захват от самой природы, как «Притихло», где чувствуешь не автора, а самую стихию, передать не всякий сможет.
И. Левитан.
Это было в том возрасте, когда прекрасное открывается как- то вдруг, без всяких усилий, когда работаешь в охотку – в ненастье и в погожий день с этюдником среди природы или в сутолоке города, пристроившись с блокнотом среди спешащих пешеходов.
День, когда я открыл для себя Дубовского, ясно запечетлелся в памяти. Стояла сырая холодная весна. Я бродил по московским улицам, ремешивая ногами мокрый снег. Серое небо, дома и черные линии проводов ложились бледными штрихами на тонкую, набухшую от сырости бумагу. Когда замерзали пальцы и карандаш становился непослушным, отогревался в книжном магазине. И вот с деревянного прилавка из множества дешевых брошюр на меня глянула обложка с воспроизведенной на ней картиной: кучевые серебристые облака, безмолвно застывшие над зеркальной гладью воды, радуга прочертившая дугу на небе, и маленьким белым пятнышком фигура человека в лодке, замершего  перед чарующим фантастическим зрелищем. Притихло… Название возникло как-то сразу, раньше чем я успел рассмотреть репродукцию. Вспомнилась Третьяковка, где среди многих полотен обязательно останавливал, заколдовывал этот пейзаж.

Так вот он какой – Дубовской!

В тот же день уютно устроившись дома с альбомом, я буквально впивался глазами в каждую репродукцию: летний вечер, над полем тихо выплыл месяц, женщина кормит корову и теленка; в сумерках все становится зыбким, мерцающим – трепетные молоденькие березки, колосящиеся травы… за окном незаметно набухали серые весенние сумерки, глаза утомленно закрывались, а впечатление от пейзажа было ярким, даже с закрытыми глазами можно было мысленно перелистывать альбом Дубовского. Сон накатывался неожиданно быстро, и возникала картина: огромное пространство, заполненное уходящей тучей, наклоненное дерево, идущий навстречу ветру путник и раскаты грома. Пространство ширилось, манило в глубину, а гром звучал все сильней и сильней…
Знал ли я тогда, что в скором времени нечто похожее предстоит увидеть в жизни. Мы с другом будем идти по раскисшей от дождя дороге, а убегающие тучи и всплески света, отраженные в лужах, неожиданно напомнят Дубовского. В другой раз, завороженные необычным зрелищем низко нависшей над полем и рекой тучей, мы будем спасаться бегством от грозы, и в наступившей вдруг тишине, товарищ задумчиво скажет: «Притихло» И без лишних слов станет ясно: « Притихло» - это Дубовской.

Eoieou ea?oeiu ianeii

Главное меню

Копии знаменитых картин

Наши работы


Портреты на заказ Фреска